Автор: Белова Капитолина Павловна, учитель литературы МБОУ «Гимназия №5» г. Сосновый Бор, Ленинградская область


Вся русская литература VII - XIII веков - одно произведение, которое можно назвать своеобразной проповедью единства Русской земли. Древнерусская литература представляется особенно значительной, потому что в ней есть черты, созвучные нашей эпохе. Произведения нашей древности отмечены высокой гражданственностью, искренней любовью к Родине. Поэтому уроки, посвященные изучению древнерусских воинских повестей, особенно значимы в духовно-нравственном и патриотическом воспитании школьников.

Цели:

I. образовательные:

- расширить представление об особенностях воинской повести и

показать идейно-художественное своеобразие «Слова о погибели

Земли Русской», «Повести о разорении Рязани Батыем», «Задонщины»

(дать исторический и художественный комментарий этим повестям);

- выявить закономерности развития древнерусской литературы и ее роль в становлении отечественной классической и современной литературы;

II. развивающие:

- развить понятие о древнерусской литературе;

- пробудить интерес к древнерусским литературным произведениям;

III. воспитательная:

- воспитание чувства патриотизма в учащихся.

 

«Да ведают потомки православных земли родной минувшую судьбу…»

                                            А.С. Пушкин («Борис Годунов» - монолог Пимена)

          Период древнерусской литературы составляет семьсот лет из тысячелетней истории русской литературы. Литература Древней Руси – это единое целое при всем многообразии жанров, тем, образов, это средоточие русской духовности и патриотизма. На страницах произведений древних авторов ведется речь о важнейших философских, нравственных проблемах, красота русской земли.

         Кто не слышал о замечательном памятнике литературы Древней Руси XII века «Слове о полку Игореве»? Его знают не только в нашей стране: «Слово…» переведено на многие языки мира. Однако не так уж много людей знают, что «Слово…» вовсе не одиноко в своей неувядаемой красоте. Рядом со «Словом…», а отчасти раньше его возникали разнообразнейшие произведения литературы: в середине XI века – «Слово о законе и благодати» митрополита Илариона, в конце XI века – «Сказание о князьях Борисе и Глебе», на рубеже XI – XII веков – «Повесть об ослеплении Василька Теребовльского» и многое другое.

         Особенно великолепно систематически ведшееся с середины XI века в разных центрах Русской земли летописание. Лучшая и наиболее поражающая широтой исторического охвата из летописей – «Повесть временных (прошедших) лет». Во второй половине XII века, т.е. одновременно со «Словом о полку Игореве», в русской литературе уже господствует большое разнообразие жанров. Раньше других появилась воинская повесть. Она была одним из ведущих жанров, практически, с момента зарождения словесности на Руси. В повестях рассказывалось о деяниях князей – воинов, их борьбе с внешними врагами и непрестанных усобицах. Это и понятно: древнерусская литература, как и любая другая средневековая литература, занималась прежде всего предметами «возвышенными», т.е. поступками важных людей и заметными событиями.

Цель урока – познакомить учащихся с лучшими образцами воинской повести древнерусской литературы.

         В первой половине XIII столетия Русская земля подверглась опустошительному нашествию татаро-монгольских полчищ. Ценою невероятных жертв и лишений русский народ спас цивилизацию Европы от разгрома.

Героической защите русским народом своей земли посвящена «Повесть о разорении Рязани Батыем в 1237 году»; с татаро-монгольским нашествием связано «Слово о погибели Русской земли», Русскую землю, её безграничные просторы, силу и могущество в прошлом и глухо упоминает о «болезни» (феодальной розни), следствием которой и явилась торжество завоевателей. И «Задонщина», прославляющая победу русских войск во главе московским князем Дмитрием Ивановичем на поле Куликовом (8 сентября 1380 год).

Презентацию воинских повестей приготовили учащиеся 9 класса Юлия (Приложение №1), Дарья (Приложение №2), Анастасия (Приложение №3).

 

         Комментарии к слайдам:

 

I. «Повесть о разорении Рязани Батыем»

В 1237 году хан Батый с огромным войском вторгся в Рязанское

княжество. Об этом событии рассказывает одно из лучших произведений древнерусской литературы «Повесть о разорении Рязани Батыем». «Повесть» входит в цикл сказаний о Николе Заразском (Зарайском).

  от иконы в Коломне, куда ее перенесли в 1513 году. Текст складывался постепенно. В его основу легли легенды и предания, возникшие вскоре после изображаемых событий.

В «Повести…» рассказывается, что Батый потребовал огромной дани

от рязанцев. С дарами отправился в стан Батыя Федор Юрьевич. Князь встал на защиту русских женщин Князь был убит, а тело его брошено «зверям и птицам на растерзание». Узнав о гибели мужа, Евпраксия бросилась из окна «превысокого» терема с младенцем-сыном на руках.

Пять дней осаждали монголо-татары Рязань. Силы рязанцев таяли. На шестой день Рязань была разрушена, а рязанцы погибли.

Но погибли не все рязанские удальцы. Далее следует рассказ о подвиге Евпатия Коловрата и его дружины, который помещен в учебнике-хрестоматии. Завершается «Повесть…» повествованием о том, как вернувшийся из Чернигова князь Ингварь Ингваревич оплакивает и хоронит погибших. Ничего не осталось в Рязани, «токмо дым и пепел, а церкви все погореша, а великая церковь внутрь погоре и почернеша. <…> не бе бо во граде пения, ни звона…» Страшная картина дополняется описанием поля битвы: «на земле пустее, на траве ковыле, снегом и льдом померзоша, никем не брегома» «удальцы и резвецы, узорочье (сокровище) рязанское». Эта картина могильной тишины представляет собой поразительный контраст с ранее нарисованной картиной шумной и яростной битвы.

Завершается повесть похвалой роду рязанских князей.

В «Повести о разорении Рязани Батыем» осуждаются княжеские междоусобицы, позволивших монголо-татарам разбивать русских князей поодиночке, и в то же время высокий патриотизм ее автора, для которого скорбь о былой независимости и нынешнем трагическом положении порабощенной родины заставляет подняться над этой жестокой реальностью и создать идеализированный образ храбрых защитников родины.

Прославление доблести рязанских князей и их воинов, «удальцов

рязанских» — основной мотив повести. Желая подчеркнуть, как «крепко и мужественно» бьются рязанцы, автор прибегает к эпической гиперболе: «един» рязанец «бьшеся с тысящей, а два со тмою [десятью тысячами]». Все эпические образы и приемы гармонично сочетаются в «Повести» с высокой патетикой, присущей стилю монументального историзма; к нему прибегает, например, автор, рисуя трагическую картину разоренной врагами Рязани.

Похвала роду рязанских князей, завершающая «Повесть», — это, по

словам Д. С. Лихачева, литературный шедевр, стилистическая выделка его «доведена до медальонной чеканности». Составленная из коротких фраз, параллельных по своей синтаксической структуре и по смыслу (в каждую фразу входит элемент, которому в следующей фразе соответствует синоним или антоним), вся похвала эта словно тирада, произносимая на одном дыхании, все с новых и новых сторон раскрывающая собирательный (хотя и идеализированный) образ рязанских князей, исполненных всех возможных добродетелей и достоинств. Этот заключительный аккорд звучит как летописная некрологическая похвала, в которой, однако, восхищение достоинствами прославляемого заглушает скорбь о его кончине. Характерен в этом отношении конец похвалы, в котором совершенно не отразились трагические обстоятельства гибели рязанских князей.

 

II. «Слово о погибели Русской земли»

Это отрывок из не дошедшего до нас произведения о судьбах Руси.

Начальный фрагмент сохранился благодаря тому, что псковский книжник в середине XV в. использовал часть "Слова" как предисловие к одному из списков "Жития Александра Невского". В последних строках памятника звучит скорбь по поводу "беды христианам" после смерти Ярослава Мудрого. Вероятно, не дошедшая до нас заключительная часть "Слова" рассказывала о "погибели" Северо-Восточной Руси от татаро-монгольского нашествия. "Погибель" представлялась автору следствием княжеских раздоров и усобиц от Ярослава Мудрого (ум. в 1054 г.) до Ярослава Всеволодовича (ум. в 1246 г.). "Слово", видимо было написано во Владимире между 1238 и 1246 гг. Отдельные образы и стилистические приемы "Слова", напоминающие "плачи" и "славы" народной поэзии, близки "Слову о полку Игореве". Сходство со «Словом о полку Игореве» - обе объединены в один ряд не только высоким патриотическим содержанием, но и особенными художественными формами: лирическим восприятием природы, отчетливо ритмической прозой, даже некоторыми деталями своей поэтической фразеологии. Подобно автору "Слова о полку Игореве", автор "Слова о погибели Русской земли" сопоставляет былое величие Руси с нынешним упадком. "А в те дни болезнь крестьянам, от великого Ярослава и до Владимира, и до нынешнего Ярослава, и до брата его Юрья, князя Володимерьского". Здесь нетрудно заметить своеобразную периодизацию истории Руси, как бы продолжающую периодизацию "Слова о полку Игореве". Автор "Слова о полку Игореве" связывал со "старым Ярославом" период расцвета политического могущества Руси, а затем говорил о "невеселой године" княжеских крамол и распрей, приведших к усилению "поганых". Автор "Слова о погибели Русской земли" как бы развивает дальше мысль гениального певца: от "великого Ярослава", т. е. Ярослава Мудрого, Владимира Мономаха продолжались княжеские распри,

"губившие" Русскую землю; Владимир Мономах добился прекращения усобиц, сплотил все силы Руси для борьбы со степными кочевниками и нанес им сокрушительный удар. Поэтому в "Слове о погибели" образ Мономаха приобретает героическое и эпическое звучание.

К Мономаху, в частности, относятся те же предания (об устрашении

половцами его именем своих детей). Упоминание о том, что различные народы трепетали перед ними – общее место, встречаемое в описаниях могущества различных русских князей, рассказ о страхе испытанном Мануилом – явная хронологическая несообразность, т.к. Мануил Цареградский начал царствовать спустя 18 лет после смерти Мономаха. И в действительности посылал посольство с дарами к князю Ростиславу. Художественный стиль представляет собой сочетание книжной риторики с устно-поэтическими формами книжной речи. Книжная риторика сказывается преимущественно в перечислении богатств и составных эпитетах: «светло-светлая», «красно-украшенная». От устно-поэтических традиций: «горы крутые», «холмы высокие», «дубравы частые», «бояре честные». Здесь характерны как составные эпитеты, так и постановки их слов (инверсия), к которым они относятся, - обычный прием в произведениях устно-поэтического творчества.

 Центральная тема – скорбь о русской земле, разоренной и поруганной. Итак, в чем же своеобразие «Слова о погибели Русской земли»? Во-первых, сохранилось только начало произведения; во-вторых, оно представляет собой не имеющий себе равных в средневековой литературе гимн – прославление родной земли; в-третьих, именно в этом произведении поставлен знак равенства между двумя понятиями: «земля Русская» и «вера христианская».

 

III. «Задонщина»

 

       Этот литературный памятник замечателен не только тем, что он является неоспоримым свидетельством древности и подлинности «Слова о полку Игореве», не только тем, что он посвящен столь знаменательному событию в истории Руси, но и собственным литературным значением. Точное время создания «Задонщины» неизвестно. Сопоставление «Задонщины» с летописной повестью о Мамаевом побоище лишь подтверждает правоту той точки зрения, согласно которой «Задонщина» – непосредственный отклик на Куликовскую битву. В «Задонщине» перед нами не описание перипетий Куликовской битвы (все это мы найдем в «Сказании о Мамаевом побоище»), а поэтическое выражение эмоционально-лирических чувств по поводу события. Автор вспоминает и прошлое и настоящее, его рассказ переносится из одного места в другое: из Москвы на Куликово поле, снова в Москву, в Новгород, опять на Куликово поле. Характер своего произведения он сам определил как «жалость и похвалу великому князю Дмитрею Ивановичю и брату его, князю Владимеру Ондреевичю». Эта жалость – плач по погибшим, и похвала – слава мужеству и воинской доблести русских. «Задонщина» вся основана на тексте «Слова о полку Игореве» – тут и повторение целых отрывков из «Слова», и одинаковые характеристики, исходные поэтические приемы. 

      Но «Задонщина» не просто переписывает, переиначивает «Слово» на свой лад. Обращение автора «Задонщины» к «Слову» носит творческий характер. Автор „Задонщины“ имел в виду не бессознательное использование художественных сокровищ величайшего произведения древней русской литературы – „Слова о полку Игореве“, не простое подражание его стилю (как это обычно считается), а вполне сознательное сопоставление событий прошлого и настоящего, событий, изображенных в „Слове о полку Игореве», с событиями современной ему действительности. И те и другие символически противопоставлены в «Задонщине». Этим сопоставлением автор «Задонщины» давал понять, что несогласие в действиях князей (как было в «Слове») ведет к поражению, объединение же всех для борьбы с врагом – залог победы. В этом отношении знаменательно, что в «Задонщине» ничего не говорится о союзниках Мамая Олеге Рязанском и Ягайле Литовском. И вместе с тем о новгородцах (которые, по-видимому, участия в Куликовской битве не принимали) автор «Задонщины» пишет, что они, слишком поздно узнав о походе Мамая и уже не надеясь поспеть «на пособь» к великому князю, тем не менее «аки орли слетешася» и выехали из Новгорода «на пособе» к московскому князю.

      Автор «Задонщины» вопреки исторической правде стремился показать полное единение всех русских земель в борьбе с Мамаем. Сопоставление прошлого с настоящим, событий, описанных в «Слове», с событиями 1380 г., идет с самого начала и на протяжении всего текста. Уже во введении это сопоставление выражено ярко и имеет глубокий смысл. Начало бед Русской земли автор «Задонщины» ведет с злополучного сражения на Каяле и битвы на Калке: «… поганые татаровя, бусормановя… на реке на Каяле одолеша род Афетов. И оттоля Руская земля седит невесела, а от Калатьския рати до Мамаева побоища тугою и печалию покрышася».

      С момента Мамаева побоища наступил перелом в судьбе Русской земли: «Снидемся, братия и друзи и сынове рускии, составим слово к слову,ьвозвеселим Рускую землю и возверзем печаль на восточную страну». И такое сопоставление и противопоставление мы можем проследить по всему тексту. Приведем лишь один пример. Когда Дмитрий выступает в поход, то «солнце ему ясно на встоце сияет и путь поведает». Напомним, что в «Слове» войско Игоря выходит в момент солнечного затмения («Тогда Игорь възре на светлое солнце и виде от него тьмою вся своя воя прикрыты»). В рассказе «Задонщины» о движении сил Мамая к Куликову полю приводится картина зловещих явлений природы: «А уже беды их пасоша птицы крылати, под облакы летают, вороны часто грают, а галици свои речи говорять, орли хлекчют, а волцы грозно воют, а лисицы на кости брешут». В «Слове» этот пассаж соотнесен с выступлением в поход русских сил.

      В «Задонщине», по сравнению со «Словом», чаще употребляются образы церковной поэтики («за землю, за Рускую и за веру крестьяньскую», «воступив во златое свое стремя, и взем свой мечь в правую руку, и помолися богу и пречистой его матери» и т. п.).    Автор «Слова о полку Игореве» обращался к средствам устной народной поэтики и перерабатывал их творчески, создавая свои оригинальные поэтические образы на фольклорном материале. Автор «Задонщины» многие из таких образов упрощает, его поэтические средства, восходящие к поэтике устного творчества, ближе к своим прообразам, ряд оригинальных по сравнению со «Словом о полку Игореве» эпитетов «Задонщины» явно народно-устного характера (типичное для былинного стиля словосочетание «таково слово», «быстрый Дон», «сырая земля» и некоторые другие).

       Стиль «Задонщины» отличается пестротой: поэтические части памятника тесно переплетаются с частями, носящими прозаический, иногда даже деловой характер. Возможно, что эта пестрота и «неорганизованность» текста объясняются состоянием дошедших до нас списков памятника. Прозаизмы могли возникнуть в результате поздних наслоений, а не отражают авторский текст.

       В списках «Задонщины» в заглавии автором произведения назван Софоний резанец, о котором мы знаем очень мало. Имя Софония упомянуто и в самом тексте «Задонщины», и здесь автор «Задонщины» говорит о Софонии как об ином по отношению к нему лице: «Аз же помяну резанца Софония», «И здеся помянем Софона резанца». Кроме того, в ряде списков Основной редакции «Сказания о Мамаевом побоище» Софоний назван в заглавии уже как автор «Сказания». Возможно, что Софоний, вопреки общепринятому мнению, не был автором «Задонщины». Он автор не дошедшего до нас поэтического произведения о Куликовской битве, к которому, независимо друг от друга, обращались и автор «Задонщины», и автор «Сказания».

       Помимо своих литературных достоинств, помимо того эмоционального значения, которое присуще этому произведению, «Задонщина» замечательна как отражение передовой политической идеи своего времени: во главе всех русских земель должна стоять Москва, и единение русских князей под властью московского великого князя служит залогом освобождения Русской земли от монголо-татарского господства.

 

Заключение.

    Писатели, отделенные от нас многими веками, гордились величием Руси, ее обширностью, красотой, «светлой светлостью и красной украшенностью» ее полей и лесов, «дерзостью» (смелостью) русских людей, их высокими нравственными качествами. Почти каждый писатель Древней Руси мог бы, подобно А.С. Пушкину, сказать о себе, что он «чувства добрые» пробуждал своим творчеством. Он мог бы заявить вместе с Н.А. Некрасовым, что он «сеял разумное, доброе, вечное». Поэтому произведения древнерусских авторов так живо отвечают нашему времени и возросшей в нашей стране потребности в доброте, как человеческом качестве. Для древнерусской литературы, как и для русской литературы в целом, характерно жизнеутверждение, свет и ясность.

Еще одно свойство древнерусской литературы особенно привлекает в наше время: древнерусские писатели с глубоким уважением относились к другим народам, к их обычаям, их верованиям. Патриотический пафос, публицистичность, страстная вера в торжество добра – эти качества нашей средневековой литературы легли в основание великой русской литературы ХVIII - ХХ веков.

 

Приложения:


Список литературы.

1. В.В. Кусков, С.С.Жемайтис Пламенное слово. Проза и поэзия

Древней Руси // М.: Моск. рабочий, 1977 – 301 с.

2. Д.С.Лихачев Героический пролог русской литературы // Изд-во

«Просвещение», 1984 – 206 с.

3. Энциклопедия для детей Русская литература. От былин до классики

19 века. // Издательский центр «Аванта+» 1999 – 672 с.


Тема патриотизма в произведениях древнерусской литературы (презентация Воинской повести)

Назад в раздел


© НМЦ Выборгского района Санкт-Петербурга