Поиск по сайту

Религия и толерантность. Специфика религиозной толерантности

Автор: Григоренко А.Ю.


В условиях развития таких мировых процессов как глобализация и регионализм, отмечают исследователи, резко усиливается значение религиозного фактора в жизни современного общества. Феномен этот, в общем-то, не нов. Историки хорошо знают, что резкое возрастание религиозного фактора в жизни всегда происходит на крутых поворотах истории. И сегодняшний этап в развитии человечества, когда оно вышло на новый уровень своего развития, также ознаменован усилением роли религии в жизни общества. Вот почему столь актуальными сегодня являются вопросы взаимодействия разных религий, верующих, вопросы религиозной толерантности.

Религиозная толерантность (веротерпимость) – это терпимые, толерантные отношения между верующими различных религий и конфессий, религиозными объединениями, основанные на принципе взаимоуважения, взаимного признания прав на существование и деятельность.

Религиозная же интолерантность (нетерпимость) – это резко отрицательное, негативное отношение к верующим иной религиозной традиции, иной конфессии, которая может выражаться в ущемлении их прав, в репрессиях, гонениях и преследованиях. [1].

В связи с анализом специфики религиозной толерантности следует сказать следующее. Термин «толерантность» имеет широкий спектр значений. Это же можно сказать и о религиозной толерантности. Согласно Декларации принципов толерантности (1995 г.), толерантность «означает уважение, принятие и правильное понимание богатого многообразия культур нашего мира, наших форм самовыражения и способов проявления человеческой индивидуальности (п. 1.1., ст. 1). Минимальный уровень толерантности, таким образом, – это терпимость, т.е. готовность признать право на существование тех, чьи убеждения и связанные с ними действия не содержат прямого намерения разрушить сами основы терпимости.

Религиозная толерантность во многом отличается от толерантности светской (политической, межкультурной и т.п.). Ценностно-мировоззренческое ядро светской культуры не является жестко иерархичной структурой, ибо в ее основе лежит принцип плюрализма ценностей и мнений, что ведет к признанию относительности любых идеалов и истин. Это и делает возможным в светской культуре принятие «чужих» ценностей, взглядов и особенностей поведения равноценными «своим» ценностям, взглядам и манере поведения. Светская культура потому и определяется как «терпимость к чужим мнениям, верованиям и формам поведения». Религиозная же толерантность представляет собой нечто иное. Она означает лишь отсутствие высказываний или действий, которые могли бы быть расценены как уничижительные или оскорбительные для представителей другой религиозной традиции и были бы направлены на ущемление прав и свободы вероисповедания и отправления культа (закрытие храмов, запрет на миссионерскую деятельность и т.д.). Ведь любая религиозная культура, в отличие от культуры светской, есть жестко структурированная система с единым и единственным центром – сакральным, которое в каждой религии понимается по-своему. Поэтому сама по себе религия не может быть толерантной в том смысле, в каком мы говорим о светской культуре, светской толерантности. Религиозная толерантность не может включать в себя в качестве своего обязательного компонента доктринальную терпимость, стремление к сближению вероучений, к признанию их равной ценности. К религиозной нетерпимости поэтому нельзя относить такие формы поведения верующих, которые должны продемонстрировать определенную степень отчуждения по отношению к другой религии, к ее вероучению, ее представителям и обрядам. Именно поэтому и эксклюзивизм (представление верующих о своем вероучении как о единственно верном, исключительном и отказ признавать в качестве такового любое другое религиозное учение) не целесообразно отождествлять с нетерпимостью, хотя он и содержит некоторые основания для ее возможного возникновения. Что касается современной России, то речь нужно вести в первую очередь о взаимоуважительных отношениях между религиозными организациями, верующими и их наставниками, представляющими разные религиозные традиции, о взаимном признании права на существование религиозной деятельности. Следует также подчеркнуть необходимость толерантных отношений между верующими и неверующими. «Допустимы полемика, взаимная критика, но «не сожаления», например, по поводу того, что религия (атеизм) до сих пор существуют». [2].

С древнейших времен терпимость вовсе не выступала как основная черта религии, а скорее наоборот. Будучи на протяжении длительного времени основой этнической, культурной идентификации племени, народа, нации, интегрируя членов общества в единое целое, религиозные верования и ритуалы в то же самое время противопоставляли их представителям других общностей. По этой причине религия не раз оказывалась причиной межгрупповых конфликтов, например, израильтян с хананеянами, христиан с римлянами, католиков с протестантами и православными, мусульман с индуистами и т.д. Сегодня принято говорить об интегративной функции религии. При этом зачастую забывают и о дезинтегративной функции религии, о ее возможных дисфункциональных, т.е. дезинтегративных последствиях. Забывают о том, что религия всегда играла немаловажную роль в возникновении конфликтов в обществе, забывают о многочисленных религиозных конфликтах и войнах, которых было так много в прошлом. Не было в истории общества ни одной эпохи, и современная не есть исключение, без религиозной розни, нетерпимости, религиозных гонений и конфликтов. Нет в истории ни одной религии, которая обошлась бы без демонстрации своего превосходства и преследований инаковерующих. Список такого рода можно увеличивать до бесконечности, доводя его вплоть до наших дней. Вспомним преследования хананеян (коренные жители Палестины) израильтянами, первых христиан – сперва израильтянами, а затем древними римлянами, протестантов – католиками, а католиков – протестантами, мусульман – христианами, а христиан – мусульманами, анабаптистов – лютеранами, суфиев – правоверными мусульманами, квакеров – пуританами в Англии, буддистов – синтоистами в Японии, староверов и сектантов – в старой России.

Из современной истории можно вспомнить недавние гонения на бахаистов со стороны религиозного истеблишмента в современном Иране или недавние кровавые преследования христиан в Судане.

Таким образом, исторический и современный материал дает возможность сделать вывод: история религии, как и история общества, любого государства полна примеров нетерпимости и несогласия, конфликтов и вражды, есть история выяснения отношений между религиями «своими» и «чужими». Что же касается случаев религиозной терпимости и согласия, то они являлись в прошлом весьма редкими и эпизодическими. Такие случаи скорее исключение, а не правило в истории религии. Во имя Божие, во имя религиозных ценностей было предпринято больше войн, унесено больше человеческих жизней, чем по любой другой причине. В течение многих столетий религиозная нетерпимость постоянно выступала как основа для возникновения этнических, расовых, политических предрассудков и предубеждений, выступала в качестве повода для политической и социальной дискриминации по отношению к тем, кто придерживался иного вероучения.

Определенную возможность для формирования религиозной нетерпимости создают претензии религий на эксклюзивизм. Это означает, что «каждой религии присущ абсолютный характера понимания истины и мира… Каждая из них претендует на то, чтобы быть единственной истинной и правильной верой, и каждая из них требует, чтобы ее признавали таковой. На протяжении столетий абсолютный характер истины, которой придерживалась каждая религия, предоставлял религиозную санкцию для нетерпимости и дискриминации. Высшие истины и цели, принятые в религиозных традициях, в значительной степени препятствовали терпимости к противоположным взглядам на вероучение и практику» [3].

Как заметил известный социолог Эрнст Трёльч, «все религии родились абсолютными, поскольку они следуют иррациональному побуждению и выражают действительность, которая требует веры, - при этом не только ради признания ее (т.е. действительности), но скорее всего ради признания ее ценностей». Это правило справедливо не только для авраамических религий (иудаизм, христианство, ислам), но и в отношении религий Востока (буддизма, конфуцианства, даосизма), представители которых всегда хвалились открытостью ко всем остальным религиям в понимании истины. Даже в этих религиях можно обнаружить претензии на исключительность.

Причины и поводы для религиозной нетерпимости всегда отличались разнообразием. Что касается объектов, на которые религиозная нетерпимость направлена, то это обычно следующие: нетерпимость направлена на религию, признаваемую находящейся в конфликте или оппозиции с традиционными обычаями и нравственно-духовными ценностями данного общества; на религию, которую обвиняют в подрыве устоев общества, ибо ее учение угрожает тому или иному политическому авторитету или политической линии (отказ христиан признать римского императора богом); на религию, которая признается чуждой для культурной среды, на почве которой она развивается; наконец, на ту религию, которая отождествляется с иностранным государством [4].

Эксклюзивизм каждой религии, ее претензии на абсолютное и универсальное значение всего своего вероучения в прошлом часто служили религиозным основанием для нетерпимости к другим религиям: ведь каждая требовала, чтобы ее признали истинной, единственно верной и другие. Добиваясь этого, религии часто использовали различные средства, в том числе и насилие. Таким образом, претензии религий на абсолютный характер своего вероучения предоставляли религиозную санкцию для практики дискриминации других религий. Религиозная нетерпимость и рознь вытекали как следствие из неспособности одного религиозного сообщества понять и признать право другого на истину, на обладание ею, наконец, просто на существование. Такое непонимание приводило сначала к вражде, а затем – к репрессиям, гонениям и, наконец, к религиозным войнам, в которых в кровавой битве сталкивались приверженцы разных религий, как это произошло во время печально известных крестовых походов в эпоху Средневековья.

Очень часто религиозная идентичность нации порождала политическую нетерпимость, ибо выражать несогласие с господствующей в государстве религией означало риск быть обвиненным в преступлении против государства. Так, нетерпимость Древнего Израиля к чужим религиозным культам была вызвана тем, что израильтяне в последних видели опасность для своей религиозной идентичности и единства Израиля. В Древней Греции иметь атеистические взгляды и проповедовать их считалось уголовным преступлением, т.к. они отрицали государственных богов, а значит, проявляли политическую неблагонадежность. Атеисты в Древней Греции подвергались преследованиям, над ними устраивали судебные процессы.

Такое положение сохранялось до тех пор, пока религия была основой идентичности государства, являлось выражением патриотизма и национального сознания. Проникновение чужих религий рассматривалось как угроза национальному единству, целостности государства. Защита единства государства считалась чрезвычайно важной задачей не только в эпоху Древнего мира, но практически на протяжении всей истории человечества. В силу того, что в древности, да и в эпоху Средневековья политическая власть носила сакральный характер, то естественно, что выражение неверия в бога или богов, богохульство, вера в чужих богов считалась государственным преступлением. Так как религия в течение долгого времени была важнейшим социальным институтом, обеспечивающим государственное и национальное согласие и единство, то всякое инаковерие считалось опасным, ибо угрожало самому единству общества и государства. История человечества, таким образом, такова, что понимание народами необходимости толерантного отношения к иным религиям и их последователям, признание права на свободу совести пришло очень и очень поздно. Ситуация стала меняться, по крайней мере, в Западной Европе, лишь в эпоху Нового времени, когда благодаря усилиям передовых мыслителей (Дж. Локк, Д. Юм, И. Кант и др.) были разработаны принципы идеологического плюрализма, а политики и простые смертные устали от кровопролитных, затяжных религиозных войн на территории европейских государств, опустошавших землю, несущих бедствия населению. В результате и власть, и философы пришли к единому мнению, что есть вопросы, в решении которых никто не может, в силу ограниченности способностей человеческого разума, претендовать на роль судьи, владеющего абсолютной истиной. К числу таких вопросов были отнесены и вопросы вероисповедания, религиозных убеждений, мировоззрений в целом.

Следует при этом отметить, что требования религиозной терпимости и, шире, свободы совести обычно исходили от преследуемых и лишенных гражданских прав религиозных меньшинств, а не от официального религиозного истеблишмента. Следует иметь в виду и тот факт, что самые главные и решающие шаги к признанию прав человека на свободу вероисповедания были предприняты не религиозными лидерами, не церковными соборами, а законодательными собраниями, парламентами, судами, конституциями. Церкви же шли к признанию религиозной толерантности мучительно долго. Еще в 1832 г. Папа Григорий XVI в своей энциклике «Mirari vos» обличал свободу совести как «вздор» («deliramentum»). Лишь в 20 столетии среди основных церквей и религий утвердилось единодушие в вопросе о допустимости религиозной толерантности. В 1965 г. Второй Ватиканский собор принял «Декларацию о религиозной свободе», в которой говорилось, в частности, следующее: «Для развития международных отношений между людьми разных культур и религий и для установления и укрепления мирных отношений и согласия в человеческом содружестве необходимо, чтобы во всем мире религиозная свобода была обеспечена эффективными законодательными мерами и чтобы соблюдался высший долг и право человека свободно вести религиозную жизнь в обществе. Папа Иоанн Павел Второй в течение более чем 25-ти лет постоянно обращался к вопросу о толерантности вообще, религиозной, в частности. Всемирный Совет Церквей на своей первой ассамблее в Амстердаме более 50 лет тому назад провозгласил, что «свобода религии является существенным элементом правильного международного правопорядка… Поэтому христиане рассматривают вопрос о свободе религии как международную проблему. Они озабочены тем, чтобы свобода религии была обеспечены повсеместно. Выступая за эту свободу, они не просят о том, чтобы христианам была предоставлена какая-либо привилегия, в которой другим было бы отказано». Тогда же Всемирный Совет Церквей принял «Декларацию о религиозной свободе». Она определила четыре основных права в области религиозной толерантности, которые должны были быть признаны всеми церквами и соблюдаться в отношении всех людей без различия по признаку расы, цвета, пола, языка или религии». Вот эти права, или принципы:

1) «всякий человек имеет право определять собственную религию и вероисповедание»;

2) «всякий человек имеет право выражать свои верования в рамках социальной или политической общности»;

3) «всякий человек имеет право вступать в союз с другими и вместе с ними учреждать организацию для религиозных целей»;

4) «всякая религиозная организация, создаваемая или поддерживаемая а соответствии с правами личности, имеет право определять свою политику и практику для достижения избранных целей».

Напомним, что Всеобщая декларация прав человека была принята Организацией Объединенных Наций позже. Последующие Ассамблеи Всемирного Совета Церквей, в работе которых участвовали протестантские и православные церкви, подтвердили Амстердамскую декларацию и еще раз выразили обязательства Совета в отношении защиты религиозных прав человека.

Принципы религиозной толерантности, веротерпимости были утверждены и в международном законодательстве, легли в основу целого ряда международных документов и актов. В 1948 г. Организация Объединенных Наций приняла Всеобщую Декларацию прав человека. Ее восемнадцатая статья содержит следующее положение: «Каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком в учении, богослужении и выполнении религиозных и ритуальных обрядов». В марте 1961 г. Комиссия по правам человека приняла Декларацию о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений. Однако положения этого документа имели столь революционный характер, что потребовалось 20 лет переговоров для того, чтобы эта Декларация была принята Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций. Приняв в 1981 г. Декларацию о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений, Организация Объединенных Наций пошла столь далеко, что указала на то, что дискриминация по религиозным мотивам должна рассматриваться не только как «оскорбление» человеческого достоинства, но и как «отвержение принципа Хартии Организации Объединенных Наций и как нарушение других свобод, гарантированных Всеобщей Декларацией прав человека». Там же указывалось и на то, что признание религиозных прав человека в качестве краеугольного камня всех прав человека вообще (гражданские, экономические, социальные) имеет решающее значение для создания подлинно демократического общества, в котором как индивидуальные, так и общественные права пользовались бы уважением и были бы гарантированы. Подобные принципы в отношении религиозной толерантности и прав человека на свободу религиозного выбора зафиксированы во многих других международных документах: «Международный Пакт о гражданских и политических правах» (ст. 18), подписанный 109 государствами, «Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод» (ст. 9), подписанная 44 странами; Американская Конвенция о правах человека (ст. 12), подписанная 23 странами, Документы Конференции по безопасности и Сотрудничеству в Европе, которые являются обязательными для всех 55 стран-участниц и т.д.

Конечно, были и возражения против такого подхода к веротерпимости. Некоторые противники указанных выше документов говорили, что в этих документах веротерпимость выступает как нечто, не имеющее границ и пределов, что она дозволяет все и вся. Вновь поднимали вопрос: означает это, что мы должны быть терпимы ко всем и ко всему? Возможен ли на каком-то этапе конец, предел терпению? Ответ был дан следующий, и он предполагается в международном законодательстве о религиозном культе. Веротерпимость, как и терпимость в целом, имеет, естественно, границы, имеет предел. И эти границы очерчивают международные акты и документы. Комитет ООН по правам человека интерпретировал статью 18 Международного Пакта о гражданских и политических правах, разъясняя значение фразы «право на свободу мысли, совести и религии» следующим образом» «Статья восемнадцатая, пункт третий (Международного Пакта о гражданских и политических правах) разрешает ограничения свободы религии или вероисповедания только в тех случаях, если

1) таковые ограничения установлены законом, и

2) необходимы для охраны общественной безопасности, порядка, здоровья и морали, равно как и основных прав и свобод других лиц…

Ограничения могут быть применены только в тех целях, для которых они установлены, и должны иметь прямое отношение и быть пропорциональными установленной цели. Ограничения не могут быть установлены с целью дискриминации». Европейский Суд по правам человека также признал вышеуказанные стандарты в отношении веротерпимости и ее ограничений.

Приверженность многих стран принципам религиозной толерантности подверглась испытанию на прочность спустя несколько часов после терактов 11 сентября 2001 г. Появилась реальная возможность того, что после событий 11 сентября возникнет опасность полного недоверия между религиями и подозрительность государственных структур по отношению к религиозному инаковерию и религиозным меньшинствам. Однако этого не случилось. Реакция американских властей на случившееся помимо всего прочего включала действия, направленные против того, чтобы в США развернулась компания против мусульман. На самом высшем уровне было заявлено, что реакция американцев должна полностью исключить возможность отождествления исламских террористов с мусульманами. Президент США пригласил мусульманских лидеров на встречу в Белый Мусульмане были постоянными участниками официальных религиозных встреч или панихид по жертвам террористических актов. Исламские лидеры в США, в других странах также осудили действия религиозных террористов, подчеркивая, что ислам – это религия мира, любви и терпимости. На одной из международных конференций исламских юристов прозвучало следующее утверждение: «Ислам был первой религией, которая признала существование основных прав человека, и практически четырнадцать веков тому назад эта религия ввела определенные гарантии защиты, которые впоследствии стали частью международных документов по правам человека». На этой же конференции исламские правоведы заявили, что особое уважение ислама к правам человека исходит из принципа, согласно которому человеческие права и свободы не являются частью природного состояния человека, а дарованы человечеству самим Богом». Другие выступавшие утверждали, что человеческая личность является основной ценностью в исламе, т.к. представляет собой человечество вообще, подтверждая сказанное в Коране: «Кто убивает душу не за душу и не за преступление, тот подобен убийце всего человечества». В Каирской «Декларации прав человека» говорится: «Запрещается использование любых методов принуждения для обращения кого-либо в свою веру или навязывание атеистических убеждений». Там же говорится и о том, что мусульмане должны уважать религиозные убеждения других и стремиться к тому, «чтобы жить в мире с ними на основе заключенного договора, как это было во времена раннего Халифата».

Сказанное выше свидетельствует о том, что принципы религиозной толерантности, свободы совести стали поистине универсальными.

Толерантность (как и нетолерантность) может иметь различные формы в зависимости от своего социального субъекта: личная, групповая, общественная и государственная. Сказанное относится к различным видам толерантности, в том числе и к религиозной толерантности. Субъектом религиозной толерантности может выступать индивид, группа, коллектив, государство, народ, общество в целом. Рассмотрим отношения к религии и свободе совести российского общества в целом. В данном случае можно говорить о религиозной толерантности на социальном, общественном уровне. В этом случае субъектом толерантности выступает социум, общество в целом. Общественная толерантность находит свое выражение в морали, нравах, общественной психологии. Каково же отношение российского общества к религии, Церкви, верующим и каким оно было ранее? Здесь произошли разительные перемены. Если раньше в обществе господствовала атеистическая идеология и существовали отрицательные стереотипы в восприятии верующих (неграмотный, необразованный, некультурный, пожилой человек), то сегодня быть верующим стало модно и интеллигентно, тогда как атеисту в общественном сознании стали приписываться негативные качества. Впрочем резко возросший в нашем обществе уровень симпатий к религии и Церкви не привел к размежеванию населения нашей страны по конфессиональным и мировоззренческим квартирам, к обострению межконфессиональных противоречий в обществе. Так, согласно данным опроса населения, проведенного в 2001 г. Центром «Религия в современном обществе», крайне низкий процент опрошенных (3,6 процента) посчитал, что иное вероисповедание оказывает негативное влияние на его отношение к другому человеку. Правда, почти столько же (3,2 процента) заявило, что данное обстоятельство оказывает позитивное влияние. Однако подавляющее количество опрошенных придерживалось мнения, что на отношение к другому человеку иное вероисповедание никакого влияния не оказывает (73,7 процента) [5]. Однако в таком по сути дела массовом безразличии – как верующих, так и неверующих – не надо искать отрицательные моменты. Напротив, это должно свидетельствовать об отсутствии значительных препятствий и помех для установления между членами нашего общества нормальных и толерантных взаимоотношений, несмотря даже на различие в конфессиональной самоидентфикации каждого из нас, невзирая на мировоззренческие различия. Такие показатели свидетельствуют о значительном потенциале толерантности нашего общества, об отсутствии в нем предубежденности против других конфессиональных групп.

Насколько прочно утвердились позиции мировоззренческой толерантности среди населения нашей страны говорят ответы на вопросы относительно ряда бытовых ситуаций, в которых присутствуют этноконфессиональные факторы. Как можно судить по приведенной ниже таблице (данные опроса 2001 г.) у верующих в Бога бытовая толерантность даже выше (хотя и незначительно), чем у неверующих.

Влияет ли национальная принадлежность другого человека на Ваше к нему отношение

Верующие в Бога

Неверующие

При знакомстве

При выборе круга друзей

При выборе места жительства

При решении вопроса о вступлении в брак ваших родственников

При вашем решении вступить в брак

21,4

24,2

33,9

31,2

35,0

25,0

25,4

38,3

34,8

39,4

В целом результаты социологического опроса демонстрируют готовность большей части нашего общества к диалогу между последователями разных конфессий и мировоззрений, к устранению из нашей жизни всякой религиозной предубежденности и тем более экстремистских проявлений в межличностных отношениях. Большинство опрошенных в целом уверено, что напряженность в этой сфере может привести к развалу российского государства [6].

Сказанное не означает, однако, что в нашем обществе нет проблем в этой сфере. К сожалению, в области межконфессиональных отношений имеются и негативные моменты. Это касается прежде всего наличия национально-религиозной нетерпимости у отдельных групп населения нашей страны. Особо остро проблема религиозной нетерпимости проявляется у некоторых молодых людей [7]

Конечно, можно и нужно объяснять склонность к нетерпимости некоторых представителей верующей молодежи возрастными особенностями. Однако кроме этого необходимо иметь ввиду и причины социально-экономического, политического и т.д. плана, которые стимулируют рост нетерпимости в целом и на которые молодые люди реагируют в отличие от людей старших возрастных групп гораздо эмоциональнее. Впрочем, есть и дополнительные факторы, могущие обострить межконфессиональные отношения в нашем обществе. По мнению священника храма Косьмы и Дамиана в Шубине Григория Чистякова, одна из причин нетерпимости как молодых верующих, так и более зрелых людей, пришедших к религии совсем недавно, кроется в их малой осведомленности о той вере, в которую они обратились, о низком уровне их религиозного образования. «Плохо представляя, в чем заключается суть их вероисповедания, - пишет священник, они определяют его «от противного» по формуле: мы православные, потому что мы – НЕ католики и НЕ протестанты. На самом же деле настоящий православный не нуждается в том, чтобы ПРОТИВОПОСТАВЛЯТЬ себя католикам и т.д. … Отсюда и сегодняшнее православие в противоположность католицизму и т.д.» [8].

Из сказанного видно, какую ответственность за духовный рост таких «неофитов» несут их духовные наставники. В этой связи следует заметить, что для утверждения в нашем обществе принципов толерантности чрезвычайно важно использовать миротворческий и гуманистический потенциал самых массовых традиционных религиозных организаций нашей страны. Социологические исследования показывают, что они формируют мировоззрение своих приверженцев с самого раннего возраста, оказывают на них значительное умиротворяющее воздействие, воспитывают их политическую, бытовую культуру. Вот почему крайне важна в современных условиях роль духовных наставников молодежи в воспитании у них духа толерантности и миролюбия. Ведь известно, что в некоторых вероучительных текстах и религиозных традициях наряду с общечеловеческими гуманистическими ценностями любви к ближнему, ненависти к агрессии и войне, составляющими главное содержание этих текстов и традиций, присутствуют также и отдельные положения, появление которых было связано с этноконфессиональными противоречиями и конфликтами далекого прошлого и которые сегодня можно истолковать неоднозначно. Вот почему сегодня крайне важно, на какие положения духовные наставники молодых людей будут опираться для воспитания у них культуры толерантности, уважения к представителям других религий. Однако сегодня многие высказывают озабоченность недостаточно высоким уровнем развития в нашей стране института богословского образования, недостаточно высокого уровня светского и духовного образования некоторых священнослужителей, их неумением противостоять интолерантным, а иногда и радикалистским идеям и взглядам у отдельных представителей своей конфессии, религии.

Все лидеры традиционных религий нашей страны однозначно признают необходимость установления в нашей стране атмосферы взаимоуважения между всеми религиями и конфессиями, понимая всю опасность для страны межрелигиозной и межнациональной вражды.

С призывом к населению России, всему мировому сообществу признать высшей ценностью человеческого бытия религиозную толерантность (веротерпимост постоянно обращается Русская Православная Церковь в лице ее лидеров. Так, в своем выступлении на встрече с участниками конференции «Свобода вероисповедания: проблема дискриминации и преследования христиан» (Москва, 1 декабря 2011 г.) патриарх Русской Православной Церкви Кирилл заявил: «Совесть в сердце человека, осознание связи каждой личности с Творцом — будь то христианин, мусульманин, иудей или представитель иной религиозной традиции — может преобразить отношения между людьми различных убеждений, стать решающим барьером на пути преследований и дискриминации по признаку принадлежности к религии. Греховная гордыня может облекаться и в личину религиозности, когда человек считает себя верующим настолько, насколько глубоко и фанатично ненавидит тех, кто придерживается иных взглядов. Рост религиозного экстремизма является оборотной стороной радикального секуляризма — они едины в своих подходах к инакомыслию и в попытках изменить окружающую действительность по примитивной схеме «свой-чужой» [9].

Аналогичной позиции придерживаются духовные лидеры и других религий и конфессий в современной России. Так, один из духовных лидеров российских мусульман, председатель Совета муфтиев России, шейх Равиль Гайнутдин так формулирует цель российских мусульман: «Жить в мире со всеми народами и религиями, мирить, а не стравливать между собой людей, укреплять, а не разрушать веру, не поддаваться на провокации, не оскорблять чувств людей, принадлежащих к другим верованиям, не противоборствовать, а созидать. Мудрые правители должны осознать, какой высокий созидательный потенциал заключен в исламе. Мы способны внести и вносим реальный вклад в укрепление мира между народами, в установление реальной дружбы, добрососедства, в обеспечение экономического развития России» [10].

Все выше сказанное свидетельствует о том, что и религиозные лидеры нашей страны, и простые верующие, принадлежащие к разным религиям и конфессиям, а также неверующие в массе своей считают мирное сосуществование религий, культур и народов России важнейшим условием гражданского мира, процветания нашей страны.



Список литературы

1. Стецкевич М.С. Свобода совести. СПб., 2006.

2. Стецкевич М.С. Указ. соч.

3. Вуд Дж.Э. Право человека на свободу религии в исторической и международной перспективе // Диа-Логос. Религия и общество. М., 1997. С. 13.

4. Вуд Дж. Э. Указ. соч.

5. Толерантность. М., 2004. С. 38

6. Толерантность. М., 2004. С. 39.

7. Клинецкая Н.В. Молодежь и экстремизм в Санкт-Петербурге // Религиозная ситуация на северо-западе России и в странах Балтии. СПб., 2005. С. 109-115

8. Чистяков Г. Вера и толерантность // Толерантность: объединяем усилия. М., 200. С. 69

9. Патр. Кирилл. http://www.patriarchia.ru/db/print/1794559.html

10. Цит. по: Свобода религии, нравственность и ответственность в российском обществе. М., 2006. С. 281-283.


Религия и толерантность. Специфика религиозной толерантности

Назад в раздел