Поиск по сайту

Условия формирования целостного исторического мышления как основы гражданского самосознания старшеклассников

Автор: Баранова Елена Сергеевна, учитель истории и обществознания ГБОУ школы № 118 Выборгского района Санкт-Петербурга


Гражданское самосознание предопределяется целостностью исторического мышления. Активная гражданская позиция возможна только тогда, когда человек умеет оценивать причинно-следственные связи социальных событий.
В современной исторической науке отмечается так называемая «экспансия» культурной истории (culture studies): исторической антропологии, истории повседневности, истории памяти, устной истории и т.д.[8]. Бесспорно, что в основе школьного предмета лежит научное знание, и естественно, что эта тенденция нашла отражение и в преподавании школьных курсов истории.
В Историко-культурном стандарте, который предлагает «основные подходы к преподаванию отечественной истории в современной школе», большое значение отдается историко-антропологическому подходу. ИКС подчеркивает, что «в учебниках должно быть отражено присутствие человека в конкретных событиях», «история должна предстать как увлекательный рассказ о прошлом, о людях и их характерах, о повседневной жизни». [4].
Содержание школьных курсов истории благодаря рекомендуемым методологическим подходам становится глубже и многообразнее. Однако, как отмечает И.М. Савельева, (российский историк, социолог, доктор исторических наук) результатом увлечения стратегией «живой озабоченности» становится фрагментация «исторического предмета», образуются «осколки» исторического знания [7].
Да, яркие, но не всегда представляющие единое изображение прошлых эпох, что сужает горизонт исторического исследования и объяснения. Как следствие, у школьников заметно усиливается мозаичность исторического мышления. На основе анализа типичных ошибок в работах ЕГЭ прошлых лет эксперты отмечают, что наибольшие трудности у выпускников вызывают задания, «связанные с применением приемов причинно-следственного, структурно-функционального, временнόго и пространственного анализа для изучения исторических процессов и явлений» [1].
В связи с обозначенной проблемой многие историки и методисты ратуют за возвращение к «истории» с «научным методом», который соединит фрагменты и разные позиции в общую целостную и внятную картину, некоторые видят выход в «едином» учебнике.
Важным ресурсом развития исторической грамотности школьников, на наш взгляд, является анализ междисциплинарного взаимодействия истории и социологии[3]. Этот синтез можно кратко охарактеризовать как «соединение теории из неисторической дисциплины и исторических методов исследования» [7], социология выступает как методологическая опора исторических исследований, дает возможность осознать суть происходящих перемен, осмыслить преемственность и связь исторических событий[2].
Ключевые позитивные качества социологического подхода к изучению и преподаванию истории были отмечены еще в работах отечественных дореволюционных историков. Ярким примером «сочетания исторических приемов с общим социологическим видением» является историческая социология Василия Осиповича Ключевского, которая, по мнению самого историка, обеспечивает «всестороннее и достоверное научное познание прошлого». Методическое воплощение историческая социология получила в «Курсе лекций по русской истории», который являлся учебником для учащихся историко-филологического факультета. В.О. Ключевский изначально сформулировал установку о том, что усвоенные учащимися знания исторических фактов по истории Европы будут служить базой для сравнения, сопоставления и классификации исторических событий российской истории. Как считал историк, это даст возможность увидеть и уникальность российской истории, и позволит на основе сравнения определить роль отдельных событий в развитии исторического процесса. «Курс лекций» был призван показать причинно-следственные связи исторических событий, объяснить суть перехода общества из одной формы в другую [5; 3-15].
Ричард Лахман (современный американский историк, социолог) подчеркивает, что социология обладает «изрядным аналитическим и методологическим арсеналом для анализа причин и последствий общественных трансформаций. Согласно Р. Лахману, самым важным для исторической науки является то, что историческая социология способна описывать и объяснять социальные изменения, где бы они ни происходили. Например, историки скептически относятся к тому, что анализ опыта французского народа в революции 1789 г. может служить хорошим подспорьем для понимания того, как действовали китайцы в 1949 г. во время своей революции. Исторический социолог же в каждой революции видит кульминацию цепочки событий, открывающих возможности для одних действий и в то же время закрывающих для других.
Историческая социология изучает события, которые трансформировали структуру, так называемые судьбоносные события, которые запустили механизм трансформации между прошлым и будущим. Поэтому объяснение с позиций исторической социологии должны различать несущественные повседневные действия человека и те редкие моменты, когда люди трансформировали социальную структуру. События обретают значимость, когда вызывают другие события, складывающиеся в кумулятивную цепочку и трансформирующее социальную реальность [6; 5-24; 43-47].
Все это позволяет определить методический потенциал исторической социологии как объяснительной модели исторического процесса
•    изучение истории человечества как закономерного процесса, через анализ исторических событий в системе и взаимосвязи с другими историческими событиями, что дает возможность увязать его в единое целое;
•    понимать социальный смысл исторических процессов изучаемого времени. Понять – это значит обнаружить смысл, который содержится в любом знании. Понять - значит усмотреть смысловое положение вещи в контексте с другими;
•    формирование понимания целостного исторического процесса.
Это будет содействовать организации фрагментарных исторических знаний в единую историческую картину на уроках истории: знания основных характерных черт эпохи позволит учащимся соотносить вновь изученное общество с «основными культурными типами», учащиеся будут нацелены, при изучении отечественной истории, выявлять и «универсальные черты, характерные для других обществ».
Перестройка 1985-1991 гг. (практический пример применение социологического подхода в изучение темы на уроках истории).
Если культурологический подход позволяет раскрыть нюансы, показать уникальность и своеобразие Перестройки: изучить этот процесс через «событийность»: повседневность, культуру речи, быт, коллективную и индивидуальную память, – то социологический подход позволит выявить суть Перестройки, как трансформирующего события. Позволит определить фактор общественного развития, который объяснит периоды Перестройки. Таким фактором является состояние экономики, которое предопределяло идейно-политические события, национальные конфликты, культурные изменения: только по мере радикальных изменений в экономике идеи и политические программы становятся более конкретными и решительными. Без анализа соотношения социальных групп и их политических и экономических интересов, невозможно выявить закономерность Перестройки. Это позволит изучить Перестройку, как этап перехода общества из одного типа в другой.
Таким образом, культурологический подход дает эмпирическую базу разнообразных, уникальных, повседневных исторических фактов, но социологический подход позволяет их теоретизировать: систематизировать, объединять, то есть выстраивать в целостную историческую картину.

                      Приложение 1.


                      Литература

1.    Артасов И.А. Методические рекомендации для учителей, подготовленные на основе анализа типичных ошибок участников ЕГЭ 2017 года по истории. М., 2017 // URL: Официальный сайт ФИПИ
2.    Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М.: Медиум, 1995; Дюргейм Э. Правила социологического метода. 1895. // Р. Арон. Этапы развития социологической мысли. М.: Прогресс, 1992; Миронов Б. Н. Социология и историческая социология: взгляд историка // Социологические исследования. 2004. № 10. С. 62; Романовский Н. В. Социология и история: перспективы взаимодействия // Вестник РГГУ, 2010. №3 (46)/10. С. 130.; Смелзер Н. Социология. М.: Феникс, 2008; Тард Г. Социальные законы // URL: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Sociolog/zombart/12.php.
3.    Журавлева О.Н., Баранова Е.С. Журавлева О.Н., Баранова Е.С. Эволюция и методический потенциал социологического подхода в преподавании истории: отечественный опыт //  Преподавание истории и обществознания в школе. 2018. № 5. С. 29-37.
4.    Историко-культурный стандарт // Концепция нового учебно-методического комплекса по отечественной истории. 83 с. С. 7-8 //URL: http://www.apkpro.ru/doc/koncepn_umk.pdf/    
5.    Ключевский В.О. Сочинения. Курс русской истории в девяти томах. Т. I. М.: Мысль,1987. – 1015 c.
6.    Лахман Р. Что такое историческая социология? / Ричард Лахман; пер. с анг. М.В. Дондуковского. – М.: Издательский дом «Дело» РАНХиГС, 2016.-240с.
7.    Савельева И.М. История и теория: “return to the real”. Доклад в ИГИТИ 19 января 2017 г. // URL: http://gefter.ru/archive/22837; Она же. Исторические исследования в XXI веке. Теоретический фронтир // URL: http://gefter.ru/archive/8482.
8.    Савельева И.М. Что случилось с «Историей и теорией?». М.: ВШЭ, 2011; Она же. Историческая наука в XXI в. Ключевые слова//http://gefter.ru/archive/22548; Репина Л.П. Историческая наука на рубеже XX-XXI вв.: социальные теории и историографическая практика. М.: Кругъ, 2011, и др.


Поделиться:


Назад в раздел